ГлавнаяОбществоПривычка быть первым
26.04.2012
Рубрика: Общество
Просмотров: 2131
Привычка быть первым

Этого человека язык не повернется назвать пожилым. Настоящему мужчине не пристало выставлять напоказ ни плохое самочувствие, ни недовольство кем или чем-либо. Хотя после того, что он в своей жизни сделал, вряд ли какую его претензию можно назвать необоснованной.

Но нет: он требователен прежде всего к себе, он – человек цели и привык быть победителем.

Когда упала звезда Полынь…

…22 июня 1986 года Пётр Петрович Рыболовлев первым из Белохолуницкого района был призван для ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Отбирали туда по особым критериям, а главное – нужны были надежные и проверенные люди, показавшие свое мастерство и сознательность, готовые выполнить свой долг перед Отечеством по первому зову.

Рыболовлев соответствовал всем требованиям: ему было 36 лет (брали не моложе 35-ти), у него подрастали двое детей – сын Сергей и дочь Наташа.

А рабочий путь Петра Петровича начался еще в 1967 году: Белохолуницкому леспромхозу – предприятию одной из самых значимых в районе отраслей – отдана вся сознательная жизнь. Сменялись профессии, участки, неизменным оставалось лишь место работы. Уже в 1972 году Рыболовлев стал ударником коммунистического труда. В середине 70-х достижения Петра Петровича были неоднократно отмечены благодарностями и ценными подарками. В 1979 и 1980 годах он получает памятные знаки «Победитель социалистического соревнования». В 1981 году его экипажу вручили Диплом о присвоении почетного звания «Лучший экипаж по вывозке сортиментов», а сам Петр был награжден орденом Трудовой Славы III степени. На торжественной церемонии в Кирове он получил эту награду из рук известного иллюзиониста – Игоря Кио, о чем с гордостью вспоминает и теперь. И после этого молодой белохолуничанин не почивал на лаврах: трудовая книжка красноречиво свидетельствует, что работать кое-как Рыболовлев не умеет. Благодарности, грамоты, поощрения, занесение на Доску почета… Именно такие люди были нужны там, где требовались высокая точность, собранность, ответственность – к тому же в тяжелых и опасных условиях. И специальность Петра (к 1986 году он работал крановщиком) оказалась в тот момент самой востребованной.

Его, в прошлом десантника (служил в Литве), забрали даже без прохождения медкомиссии: отличное здоровье, прекрасная физическая подготовка. Очевидно, именно она, а еще веселый нрав, доброжелательность «в комплекте» с трудолюбием и позволили Петру Петровичу выжить…

– Перевозили нас преимущественно ночью, чтобы не привлекать внимания населения массовым перемещением военных. Да и скрывали истинные масштабы аварии… Сначала отправили в Свердловск, где переодели в солдатскую форму, потом – в Челябинск и снова в Свердловск, оттуда самолетом в Саратов, а затем автотранспортом к АЭС. Дорога в целом заняла не менее шести суток.

Пётр Петрович – любитель порядка и точности во всем – поражался, насколько неорганизованно все порой при этой перевозке происходило. А потом начались чернобыльские будни… Работать пришлось возле самого реактора: на поверхности можно было находиться не более полутора часов в сутки. Остальное время проводили в бункере – слой бетона почти в 8 метров давал защиту от радиации, но не спасал от жары и духоты: температура внутри была под сорок градусов. В таких условиях даже у крепких, тренированных мужчин не выдерживало сердце: человек пять из ликвидаторов-коллег Петра умерли прямо там. А ведь медицинский отбор был достаточно строгим! Тогда из Кировской области вместе с ним работало еще 6 человек. Теперь из тех семерых остались в живых двое или трое. Помнит Пётр своего коллегу из Зуевки – признается, что почти год не общались: хоть бы жив был еще…

Тогда на АЭС не выдерживала даже техника – и импортные машины, поработав короткое время, ломались. Наши люди оказались крепче. Специалистов было мало: крановщиков требовалось учить. Уже там, на украинской земле, Рыболовлев вновь получал благодарности за самоотверженный труд и рационализаторские находки, позволявшие поднять производительность его крана. Но все свидетельства того периода жизни остались в бункере: в августе 1986-го его залило после прорыва канализационной системы. Ликвидаторов переселили на крышу местного клуба – красоту этого здания и «продвинутость» социальной сферы в тех местах белохолуничанин и теперь вспоминает с невольным восхищением.

Он успел оценить и изменения в природе украинского местечка: лысые котята; невероятно крупные сливы урожая 1986 года, множество гигантских грибов, которые нельзя было есть… А вот яблоки, как ни странно, в пищу годились (после проверки): в плане накопления радионуклидов они оказались не так опасны. К тому же – какой-никакой, а источник витаминов и железа…

Судьба ликвидатора

В октябре 1986 года, набрав допустимые тогда для ликвидаторов 24,9 рентгена (ни у кого из белохолуницких «чернобыльцев» больше такой дозы нет), П.П. Рыболовлев вернулся домой.

– В реальности, конечно, доза больше вышла, но я попросил это превышение не записывать: «перебравших» отправляли в Крым на курорт, он в мои планы не входил: хотелось вернуться в Белую. Потом с этими дозами возникли казусы: кто набрал даже 9 рентген – получали статус «чернобыльца», я же со своими двадцатью пятью этой чести не заслужил… И официально мое нынешнее заболевание признано не связанным с Чернобылем, – разводит руками Пётр. – Я тогда говорил: приехал домой умирать. Вес 62 кг, кожа гладкая от постоянного мытья (так тщательно после каждой смены отмывались работавшие в Чернобыле – с контролем по дозиметру, пока тело не переставало «фонить»). Смотрели на меня как на пришельца: боялись «заразиться», ведь знания о радиации у населения были отрывочными. Только врач из рентгенкабинета от меня тогда не шарахалась…

Но не такова природа белохолуничанина, чтобы впасть в уныние. Наверное, сильный характер зародился еще в детстве.

Родился Пётр в деревне Огнёво – в семье было 10 детей, он – третий. Отец – бригадир в колхозе, многие родственники-мужчины занимали руководящие посты в различных учреждениях на селе. А дети в большинстве своем стали, как сейчас принято говорить, людьми труда: от парты – к станку... Или к рулю: Пётр – не единственный крановщик в семье, один из его братьев выбрал ту же профессию.

С профессиями вообще вышло интересно. После учебы в Иванцевской школе Рыболовлев получил в Синегорье Нагорского района свою первую специальность – каменщика-печника. Уже после армии, обучаясь в Ижевске, он стал шофером, крановщиком, затем раскряжевщиком… И это далеко не полный список умений Петра.

– Всем бы такой опыт – и жила бы у нас страна нормально! – беззлобно откровенничает Рыболовлев.

Из Чернобыля Пётр сразу вернулся в родной леспромхоз и проработал там до 2012 года, набрав в общей сложности 46 лет трудового стажа. Последние годы выполнял самые сложные задачи – возил на трале технику, это требует особого мастерства.

Почти ко всем сооружениям в п. Богородское с кирпичной кладкой Пётр Петрович приложил руку как каменщик. Это и местные гаражи, и бывшее здание детского садика, ставшее затем конторой леспромхоза, а недавно снова приобретенное городом для переоборудования под детсад. И даже печка в собственном доме сложена руками главы семьи. А о таланте Рыболовлева-крановщика с его прекрасным глазомером вспоминали уже через много лет после того, как он начал работать по другой специальности – когда требовалось выполнить какую-нибудь особо сложную задачу. Да и руководители других предприятий лесной отрасли неоднократно обращались к Петру Петровичу с просьбой поработать у них…

Его Надежда, его опора

Леспромхозу отдала 40 лет и жена Рыболовлева – Надежда Павловна. Курьезная деталь: Надежда и Пётр родились в один день – при регистрации брака сотрудник загса даже переспросила: мол, не ошиблись ли с датами. Это совпадение лишь положило начало удивительной гармонии, царящей в семье: Надежда Павловна – такая же неутомимая любительница чистоты и порядка и такая же доброжелательная, как ее супруг. Оба встают ни свет ни заря – разве что сейчас, уйдя на пенсию (случилось это в январе т. г.), Пётр позволяет себе утром отдохнуть немного дольше. Правда, нагоняет потом в течение дня: работа по дому находится всегда. Зимой – расчистка снега, дрова, которые надо распилить, расколоть и сложить (при этом непременно сохранив вокруг дома чистоту и порядок). Летом – огород, которому отдают силы оба супруга: редкий белохолуничанин не кормится с собственных грядок. Теплица, куры – добротное хозяйство, дом – полная чаша! Со смехом рассказывают: бывало, позовут на помощь детей, да сами быстрее с «полевыми работами» справятся – не потому, что дети долго не приезжают, а просто по привычке: вышли, потихоньку начали и – не заметили, как сделали все сами. «Куда он торопится?» – по-доброму удивляются отцовской прыти и сын, и дочь.

Дети Рыболовлевых получили высшее образование. Сын работает в том же леспромхозе – инженером по лесофонду. В обеих семьях подрастают внучки – их теперь уже трое, и, конечно, дед в них души не чает.

Несмотря на дающие о себе знать неполадки со здоровьем, Пётр Петрович по-прежнему настойчив и неутомим. Если задумал что-то сделать – ночь не будет спать и нам покоя не даст, пока его задумка не будет реализована, комментируют домашние. Таким был смолоду, такой и сейчас: целеустремленный, хозяйственный, аккуратный. И дети переняли эту способность отца вместе с его доброжелательностью.

– В больнице и сейчас спрашивают: как так, ты живой? А я им: да вот так! – смеется Пётр Петрович.

– Он жизнь любит, за нее всеми силами держится. И никогда не сдается! – в беседу вступает зять Рыболовлева Дмитрий. – Для нас, сорокалетних, он – свой, Петруха, общается на равных. А главное – за всю свою жизнь он никогда никому не сказал худого слова! За что его уважают и соседи, и коллеги.

Семейное увлечение Рыболовлевых – поездки в лес. Они признаются, что лесные трофеи – не главное, сам процесс маленького путешествия по району приносит больше удовольствия. В этом с ними солидарны и дети, и две внучки, уже приобщившиеся к сбору ягод и грибов.

Другая семейная традиция – кулинарная: все любят пельмени. Их приготовление – ритуал, в котором теперь участвует даже старшая из внучек – первоклассница Лиза: руки девочки приучены и к обычным хозяйственным делам, и к тонкой работе (она учится в художественной школе). Даже бабушка хвалит: мол, я в твои годы вообще не стряпала, а у тебя вон как хорошо получается!

Пока жив - жаловаться нечего!

22 июня 2010 года Петра Петровича нашла заслуженная награда – орден «За заслуги перед Отечеством» II степени.

– Спустя 24 года после призыва, – разводит руками Пётр Петрович. Об этом, как и о бумажной волоките со статусом «чернобыльца», с документами о своих заслугах, на которую в молодости не тратил время, он говорит без тени обиды или озлобленности. Сейчас ожидает предстоящего планового медицинского обследования – его ликвидаторы проходят ежегодно. – Осмотрят, подлечат, на курорт в Вятские Увалы отправят – буду отдыхать, ждать в гости Лизу. А так – пока жив, жаловаться нечего!

На снимках: работать кое-как Пётр Петрович Рыболовлев не умел. Поощрения, благодарности, грамоты, занесение на Доску почета… В 1981 году его наградили орденом Трудовой Славы III степени, а в 2010-ом – медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.

Оксана Савельева.

Фото автора.

Комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите пожалуйста.
Есть интересная новость? Присылайте нам на почту h_zori@mail.ru
Реклама
Последние комментарии